Сонник Хассе.

Медные деньги Труд твой принесет малый заработок.

Никто не может быть хорошим поэтом (…) без душевного горения и как бы некоего вдохновенного безумия.

Какую же жизнь считать долгой? и что вообще может быть долгого в жизни человека? (…) Долгим и коротким мы называем все на свете только по сравнению с тем, что людям дано и на что они рассчитывают. На реке Гипанисе, что течет в Понт с европейской стороны, живут, по словам Аристотеля, существа-однодневки: так вот, кто из них прожил восемь часов, тот умирает уже в преклонном возрасте, а кто дожил до заката, тот достигает глубокой дряхлости, — особенно если это было в день летнего солнцестояния. Сравни человеческую долговечность с вечностью — и окажется, что мы почти все такие же поденки, как и эти твари.

История вынуждена повторяться, потому что никто ее не слушает.

Предположим, что мы достаточно мудры, чтобы узнавать и знать, однако еще недостаточно мудры, чтобы контролировать свой процесс познания и сами знания, а потому используем их себе во вред. Даже если и так, знание все равно лучше, чем невежество. Лучше знать, даже если знание очень скоро повлечет за собой гибель, чем обрести вечную жизнь ценой тусклого скотского непонимания вселенной, которая невидимо для нас бурлит во всем своем волшебстве.

Коллега: субъект без всяких способностей, который непонятно почему занимается тем же, чем вы.